Лигал Лаб логотип
Тел./факс: E-mail:

Кто крайний? Или командир и прокурор не всегда правы…

Кто крайний? Или командир и прокурор не всегда правы… Как известно, прокуратуру в ходе реформ лишили права непосредственного возбуждения уголовных дел, однако оставили право «направлять материалы для уголовного преследования», что, наверно, только изменило ситуацию в худшую сторону– выявив в ходе проверок признаки преступления и направив материалы в следствие, прокурор так вцепится за результат и будет требовать возбуждения дела и дальнейшего уголовного преследования, что о другом назначении сего ведомства – надзоре за законностью деятельности органов следствия и дознания - можно забыть. Как и про саму законность…

Особенно если материалы направлены по коррупционной статье, то есть речь о жирной палке в отчете прокурора, а еще особенно если на все эти обстоятельства накладывает отпечаток военная служба.


Так было и в ситуации нашего доверителя, проходившего военную службу в должности начальника квартирно-эксплуатационной службы военной части, проще говоря – начальника «котла и пара».


В ходе очередной проверки военная прокуратура выявила, что один из поставщиков части не выполнил условия контракта – не обратился в регулирующий орган для установления тарифа на следующий календарный период, и расчеты проводились по предыдущему тарифу. Вроде бы нарушение здесь есть, но отношения-то сугубо гражданско-правовые, претензионный порядок там и т.п. Уверены, что «на гражданке» правоохранителям и в голову бы не пришло искать здесь уголовную составляющую, особенно коррупцию.


У военных все по-другому: если есть нарушение, должен быть установлен (или назначен) виноватый. Посчитав, какой тариф «мог бы быть» установлен на тот период, прокуроры и следователи стали искать виноватого «в нанесении ущерба», то есть крайнего. Чувствуете, да? «Мог бы быть»… А мог бы «и не быть». Но это не важно, материал пришел из прокуратуры, дело должно быть возбуждено и направлено в суд, а виноватый должен быть наказан (ладно хоть не по законам военного времени). Виноватым назначили нашего клиента, раз по Уставу он отвечает снабжение части энергоресурсами и бережное их расходование, и возбудили аж злоупотребление полномочиями, ибо другая статья в отчёте прокурора смотрится не так круто :-). И не важно, что в его функционал не входит проверка соответствия закону и исполнения контрактов, что есть целые подразделения юристов и экономистов, целая контрактная служба и т.д. – командир сказал, что отвечаешь за все ты, значит и отвечай, тем более что прокуратура требует и надо кого-то сдавать.


Семь месяцев длилось следствие, в ходе которого «отцы-командиры» благополучно сливали своего подчиненного, показывая на очных ставках пальцем - «он нам не докладывал!», и с самого начала нашему доверителю предлагали все признать, тогда дело по-быстрому расследуют и по-тихому рассмотрит суд, даже останешься дальше служить, ведь не пристало в армии противиться старшему и тем более говорить, что тот сам допустил все это разгильдяйство. На протяжении всего расследования партнер бюро Олег Олезов доказывал следствию, что наш доверитель не может быть субъектом вменяемого преступления, что самого преступления вообще нет, а присутствуют лишь гражданско-правовые отношения, причем говорить о наличии какого-либо ущерба также не приходится, а на предположениях строить обвинение нельзя. Естественно, что о признании вины не могло идти и речи, благо, доверитель внял советам адвоката и не пошел на поводу у командования и следствия, решив доказывать свою невиновность.


Исчерпав возможности «закрепить» обвинение, не имея доказательств помимо показаний «командиров» (иначе как в кавычках применительно к этим людям данное слово использовать нельзя) и очень сомнительных «экспертиз», следствие согласилось с доводами защиты, и, не рискуя направлять дело в суд, прекратило его за отсутствием в действиях нашего доверителя состава преступления.


Так что даже у военных командир и прокурор не всегда правы…